АБСОЛЮТНАЯ ВЛАСТЬ

— 23 —

— Никто не знает точно, когда это началось, но однажды чаша весов покачнулась, и равновесие в мире исчезло, — несмотря на абсурд и пафос, её слова почему-то не звучали безумно. Возможно, из-за выражения лица Конти — уверенного, но в то же время усталого и отстраненного.
— Равновесие исчезло, количество зла превысило норму, и Он начал свой путь. В это было невозможно поверить, однако относительно недавно, каких-то четыре года назад, исчезли последние сомнения. Он действительно идёт, идёт к нам, чтобы восстановить вечное равновесие Вселенной.
— Нет, я не сошла с ума, Рубин, — она горько усмехнулась. — Всё было бы гораздо легче и проще, если бы я, и Маркус, и все остальные оказались обычными сумасшедшими. Но, увы, реальность гораздо страшнее…
Мы объединились, чтобы попытаться восстановить равновесие сами, своими силами — мы надеялись, что Он не станет вершить свой суд, если мы сделаем это за него.
Но чтобы уменьшить количество зла в масштабах человечества, мало даже желания миллионов, а нас, Центурионов Хаоса, не наберется и тысячи. И сколько бы мы не стремились ввергнуть весь этот мир в хаос, чтобы, став судьями над ним, вернуть ему покой и стабильность, наши усилия тонули в океане зла, в которое он погружен, — очевидно, почувствовав излишнюю пафосность своей речи, Конти грустно улыбнулась и, помолчав, продолжила:
— Ничто не случайно. В тот же год, когда мы узнали о Нем, нам стало известно и то, что где-то на свете существует нечто, способное помочь нам.
Внедрившись в общество «Суперадо» и став одним из его вождей, Маркус получил поистине уникальную информацию…
Внезапно Конти замолчала, и стало слышно, как где-то за стеной, в том же здании, где она находилась, раздаются хлопки, похожие на звуки выстрелов.
— У меня нет времени посвящать тебя во всё, Рубин. Я знаю, что тебя ищут «преодолевшие», а значит, сейчас Сигнал — у тебя.
Но Маркус мёртв, а мои шансы остаться в живых тоже крайне невелики. Даже если мне удасться выжить и выбраться на свободу, то я вряд ли успею…
Поэтому сейчас я призываю тебя, — она сделала паузу, — полностью уничтожить содержимое контейнера Ломаса.
Ни ты, ни кто-либо другой не сможете, да и не захотите использовать его во благо, не говоря уже о том, для непосвященных Сигнал — смертельно опасен.
Если же до Сигнала доберется Голосов, то тогда гибель человечества наступит значительно раньше Последнего Дня, который и без того уже близок.
А ты, Рубин… Единственная сила, способная защитить тебя от «преодолевших» и избавить мир от Голосова, это международная корпорация «Си-Эм-Джи». По неизвестным мне причинам руководство корпорации крайне заинтересовано в его устранении.
Свяжись с ними, расскажи им всё, что знаешь о «Суперадо», и они помогут тебе. Но запомни: когда будешь говорить с людьми из «Клон-Матрикс», требуй личной встречи с Артуром Гилевичем. Это один из основателей «Си-Эм-Джи», и только ему ты можешь сообщить особо важные сведения, касающиеся местонахождения Голосова.
Этими сведениями является фраза: «Прага. Комната 204».
Я не знаю, что означают эти слова, но Маркус назвал их «самой главной нитью». Думаю, Гилевич знает, как это использовать.
В этот момент изображение на экране дернулось, и из динамиков донесся раскатистый глухой звук.
Конти обернулась к окну и тут же вновь наклонилась к камере.
— Похоже, полиция пустила газ. Сейчас они попытаются войти…
И последнее, Рубин. «Движение Хаос» — не убийцы и не террористы. Мы лишь те, кто пытался восстановить равновесие. И уже скоро настанет день, когда все поймут, о чем я говорю. День Великого Лицемера!
Раздался щелчок, и видеоролик закончился.
— Ну, и как тебе кино? — первой заговорила Ольга. — Впечатлило?
— Да бред какой-то, — отозвался Андрей. — Честно говоря, не ожидал от «Движения Хаос» настолько примитивной идеологии. Очередной «Конец Света», пришествие Сатаны, ну или кого там она имела в виду…
Хотя, надо отдать ей должное: в нашу первую встречу Конти, а точнее — Дегато, в совершенстве сыграла свою роль «леди из высшего общества». Которой, впрочем, она и являлась…
— И где вы встречались?
— В Москве, в одном из клубов. Удивительно, как она умудрилась так долго прожить в столице, время от времени совершая свои «подвиги», и оставаться неузнаваемой.
— Как раз ничего удивительного. Немножко пластической хирургии, немножко имидж-тэрнинга, чуть-чуть коррупции — и, пожалуйста, «террорист номер один» растворился в суперэлите. Точнее, террористка…
— Представляешь, ещё каких-то пару недель назад я был просто помешан на всей этой галиматье — «преодолевших», «Движении Хаос», и прочих «сильных личностях»…
— А сейчас что, — засмеялась Ольга, — неужели разочаровался?
— Да просто сыт уже по горло ими всеми. Сначала — одни, потом — другие, теперь вот «Си-Эм-Джи» ещё…
— Кстати, делать-то что будем? Может, и правда, стоит попробовать связаться с «Клон-Матрикс»? Ведь если они заинтересованы в устранении Голосова, то более могучего союзника нам не найти. Заодно и мир спасем, — она усмехнулась.
— Уж на что мне в высшей степени наплевать, так это на мир, — Андрей поднялся и подошел к столу за пепельницей, — а вот десять миллионов — это уже не смешно…
— Ну, а имплантант? По идее, его бы выкинуть от греха…
— Э, нет, — он закурил и задумчиво поднял глаза к потолку. — Выкинуть контейнер я всегда успею. Но кто знает, не объявится ли на него более серьезный покупатель?
— Ты что, шутишь? — искренне изумилась Ольга. — Не наигрался ещё?
— Ой, ну только не надо считать меня законченным идиотом. Разумеется, в самые ближайшие дни я избавлюсь от имплантанта, тут нечего и думать. Однако перед этим я скопирую информацию — пусть хранится на обычном носителе.
— Но зачем?
— Послушай. Я не собираюсь заниматься «поиском покупателя» и, вообще, проявлять какую-либо активность в этом вопросе. Но почему бы просто не отслеживать ситуацию? Возможно, когда-нибудь мы узнаем, что некто готов заплатить за информацию о Сигнале уже не десять миллионов, а миллиард…
— Кого ты имеешь в виду?
— Ну, скажем, правительство США. Или Великобритании. Кстати, ФБР ещё долго будет искать Ломаса в руинах Детройта… Надо, всё же, будет им позвонить, сказать, чтобы не тратили время понапрасну.
— Смотри, досмеешься. Мы пока ещё — в их стране. К тому же, без денег и без документов.
— О'кей, молчу, — он затушил сигарету и решительно сел за компьютер. — Ну, была — не была…
Андрей активировал почту и, параллельно загрузив поиск электронных адресов «Си-Эм-Джи», написал короткое письмо на русском языке.
«Имею информацию о местонахождении Голосова. Прошу убежища. Андрей».
Выбрав из найденных адресов тот, где фигурировало слово «круглосуточно», он нажал кнопку «Send».
— Вот и всё. Улетело письмецо. Если Конти сказала правду, то ответ не заставит себя долго ждать.
— Удивительно, как быстро на сей раз ты принял решение. Я заметила, что для тебя это не характерно.
— Ты не поверишь, — улыбнулся Андрей, — но среди научного состава «Си-Эм-Джи» имеется пара-тройка персон, которые неплохо меня знают и кому угодно подтвердят мою личность. Конечно, это всего лишь ученые, но тем не менее…
В дверь неожиданно постучали.
Ольга тотчас поднялась и замерла возле двери. Через несколько секунд стук повторился.
— Ребята, — крикнула она по-русски, — у нас тут детонатор от «СС-28». Не верите — включите счетчик Гейгера…
— Извините, — послышался снаружи вкрадчивый голос портье, — вы просили минеральной воды…
— Вот урод, — Ольга распахнула дверь и, смерив юношу взглядом, взяла протянутую упаковку. — Спасибо, приятель.
— Не за что, мисс.
— Сам ты мисс. Держи, — она протянула ему банкноту. — Как ты думаешь, есть ли нам смысл прямо сейчас пойти прогуляться по ночному городу? Заглянуть в Лэндинг…
— Вряд ли, — растерялся паренек. — В это время в даунтауне собираются бездомные — в парке и вдоль набережной полно скамеек…
— Ясно. Ну, пока, — Ольга закрыла дверь и повернулась к Андрею. — Вот же напугал, паршивец… Кстати, ты слышал?
— Слышал. С этого и начинается упадок: сначала — бездомные в центре города, потом уличные банды, а затем и… Ого! Смотри, нам уже ответили!
В обратном письме, как и ожидалось, находился только номер телефона.
— Будешь звонить сейчас, на ночь глядя?
— Почему — нет? — он активировал «вайп-ди». — Не зря же говорят: утро вечера мудреннее — проснувшись завтра, я могу и передумать.
Трубку сняли практически сразу.
— Алло, я вас слушаю, — ответил по-русски тихий мужской голос.
— Здравствуйте, — начал Андрей, — я звоню по поводу Алекса Голосова…
— Кто вы? Представьтесь, пожалуйста.
— Меня зовут Андрей Рубин, а рядом со мной находится Ольга Векшина, полноправный член общества «Суперадо». Мы — российские граждане, и нас преследуют люди Голосова…
— Хорошо. Вы можете чем-нибудь подкрепить серьезность ваших заявлений?
— Не знаю. Сейчас попробую… Так. Несколько дней назад мы гостили на частной вилле, которая называется «Вега де ла Сон-Боу». Это — на острове Менорка, Балеарские острова. Помимо нас и Голосова, там присутствовал Бруно Сандерс, это такой пожилой…
— Достаточно. Где вы находитесь?
— Отель «Гринхаус», 95 Хендрикс-авеню, Джексонвилл, США, Флорида.
— Оставайтесь там и не покидайте отель. В течение ближайших часов за вами приедут. Сопровождающего зовут Майк. Вы говорите по-английски?
— Да. Но у нас нет никаких документов. Сообщаю это на тот случай, если…
— Ясно. Ждите приезда Майка, выключите компьютер и никуда не звоните. Договорились?
— Да, конечно.
— Тогда — до встречи, и всего хорошего.
Человек положил трубку.
— Шустро, однако, — заметил Андрей, поворачиваясь к Ольге. — Можешь начинать собирать вещи…
— Было бы, что собирать, — она распахнула пустой шкаф. — Лучше давай, придумаем «легенду» для «Си-Эм-Джи» — не раскрывать же им истинную цель нашего пребывания в Штатах.
— В таких случаях не стоит ничего не сочинять — запутаемся в подробностях. Можно правдиво и в деталях рассказать, как нам поручили найти Ломаса, и как мы пытались это сделать. А кто такой Ломас, где он сейчас и зачем он нужен — мы не знаем.
— Ну, а если спросят, почему Голосов хотел тебя убить?
— Скажем, что я отказался вступать в их общество, а ты, будучи моей фаянси, меня спасла.
— Будучи кем?
-«Фаянси» означает «невеста», — смутился Андрей. — Это — для «легенды»…
— Ноу проблем, — усмехнулась Ольга. — Буду фаянси. Для «легенды».
— Оль…
— Что? — она сняла с вешалки свою куртку и бросила её на кровать.
— Половина денег, которые прислал Маркус, то есть пять миллионов фунтов — твои. При первой же возможности я отдам их тебе. Наличными или на счет…
Ольга медленно повернулась.
— Ты хочешь сказать…
— Я хочу сказать, что независимо от того, моя ты невеста или чья-то ещё, ты теперь богатая, гордая и независимая невеста, — Андрей встал с кресла и прошел к холодильнику. — Не желаешь немного шампанского «на дорожку»?
— Апокалипсис надо встречать с деньгами, — засмеялась она. — И если я скажу, что не рада твоим словам, то это будет гнусной ложью. Наливай!
— Предлагаю тост, — он не спеша наполнил бокалы и протянул один Ольге, — за богатство и процветание!
— Поддерживаю.
Они чокнулись и выпили.
— Не представляю, о каком Конце Света говорила Конти, — Андрей открыл окно и посмотрел в безоблачное ночное небо. — Даже не верится, что где-то на земле существует зло…
— Расскажи об этом в Детройте.
— Нет, серьезно… «Корейский антидот» убивает любые вирусы, глобальных изменений климата не ожидается, а ближайший метеорит, который видит НАСА, находится за четыреста лет полёта.
— Может, речь — о техногенных катастрофах? Ядерная война, энергетический кризис, коллапс экологии… Зачем ты, вообще, про это начал?
— Видишь ли, при всей абсурдности их пророчеств, — он поднял свой бокал снова и задумчиво уставился вдаль, — ни Конти, ни Маркус совершенно не похожи на сумасшедших.
— Кто спорит? Конечно, не похожи, — скривилась Ольга. — Ведь обычно террористы и фанатики выглядят как здравомыслящие и адекватные люди.
— Ты права, — рассмеялся Андрей. — Когда я увидел тебя в первый раз, то подумал то же самое.
* * *
Сопровождающий прибыл спустя четыре с половиной часа. Это был высокий и широкоплечий смуглый мужчина в очках, который выглядел так, будто его совсем недавно подняли с постели.
— Здравствуйте, — сухо сказал он, войдя в номер. — Меня зовут Майк.
Не спрашивая разрешения, он присел на край дивана.
— Пожалуйста, ещё раз, в двух словах, расскажите, что с вами случилось?
Пока Андрей описывал ситуацию, Майк сидел молча и еле заметно кивал.
— Хорошо, — не дослушав, обернулся он к Ольге. — У вас есть, что добавить?
— Разумеется, — ответила она. — Но это потребует времени…
— Понятно, — Майк поднялся и достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги. — Вот, посмотрите. У меня в руках — решение о выдворении из страны двух «нелегальных иммигрантов кубинского происхождения», то есть — вас. Я же назначен ответственным исполнителем.
Он протянул документ Андрею.
— Возьмите и прочтите. По дороге выучите «свои» имена, на тот случай, если у кого-то в аэропорту возникнут вопросы. Хотя вряд ли это произойдёт: решение выдано Службой США по вопросам гражданства и иммиграции.
— Но здесь даже фотографий нет, — Ольга взяла бумагу из рук Андрея и, взглянув на неё, увидела лишь несколько абзацев текста.
— Они не обязательны. Страна задыхается от нелегалов, поэтому сейчас проводятся массовые депортации, и возиться с каждым некогда. В крайнем случае, вас сфотографируют и отправят запрос в ФБР, но уверяю, это никому не нужно.
— И куда же мы летим?
— Для вас что, есть разница, куда лететь? — усмехнулся Майк. — Вчера одного из людей Голосова видели в Майами. Интересно, что он там делал?
— Наверное, приехал отдохнуть, — хмуро сказал Андрей, поднимая с пола сумку. — Мы готовы, едем.
Очевидно, сотенная купюра не являлась для здешних мест эталоном «чаевых»: портье лишь равнодушно махнул им на прощанье рукой, не отрываясь от бубнящего телевизора.
— Слышали когда-нибудь о Монте-Сарро? — спросил Майк, усаживаясь за руль видавшего виды «лендровера».
— Только в самых общих чертах, — Андрей влез на заднее сиденье вслед за Ольгой и хлопнул дверью. — Это тот остров, где произошло извержение вулкана?
— Да, он самый. Вы спрашивали, куда мы полетим, — Майк завел машину, и «лендровер» медленно выехал со стоянки отеля. — Так вот, через каких-то три часа мы с вами окажемся в городке Мидл-Бэй — это новая столица острова Монте-Сарро.