ПАРАДАЙЗ.RU

— 20 —

— Я что-то вас не пойму. Как — исчезли?
— Ну, вот так.
— И что, вообще никого не осталось?
— Кроме нас — никого.
— Слушайте. Вы это серьезно?
— Да какие шутки! Скоро сам убедишься.
— Скоро? А можно прямо сейчас?
— Послушай, дружище, — вмешался молчащий до этого Сергей, — сбавь-ка немного. В данный момент твоя дальнейшая судьба зависит от результатов нашей с тобой беседы.
— Я — в курсе! Ещё неделю назад вот он говорил мне то же самое. А кстати, сами-то вы кто?
— Меня зовут Сергей. В отсутствие властей Острова, я взвалил на себя участь местного шерифа, а также спасателя и всеобщего покровителя. Верно, господин Лурье?
Сенатор хмыкнул.
— Так вот, — продолжал Сергей, — я намерен выпустить тебя отсюда, если ты ответишь на несколько моих вопросов. Кроме того, в наших общих интересах выяснить, что произошло на Острове и что делать дальше.
— Можно я оденусь?
— Одевайся.
Кирилл вышел в соседнюю комнату и прокричал оттуда:
— А я ещё смотрю: телеканалы уже неделю не работают. Думал, антенна сломалась. Ругался, вы не представляете как. А оно вон что, оказывается. Сергей, а почему я вас до этого нигде раньше не видел? Вы — сенатор или из Научного центра?
— Ни то, ни другое. Я — новый переселенец.
— Это как?
— Это так. Вчера переселился. Я — американец.
— Вау! — Кирилл появился в дверях комнаты уже почти одетый и причесывающий голову. — Так вы — агент ЦРУ? И как же вы пробрались сквозь «Купол»?
— Ты не понял. Сегодня вопросы задаю я, а не ты.
— Задавайте. Но не обещаю, что буду отвечать. Потому, что ваш рассказ о всеобщем исчезновении очень похож на сказку. Которую сочинили специально для меня.
— Даже если я решу оставить тебя здесь (а возможен и такой исход нашей беседы), то перед этим обязательно свожу тебя в Арго-Сити. Чтобы тебе было что вспоминать.
Итак. Что ты тут делаешь?
— Сами видите. Живу.
— И как живется?
— Как может жить выброшенная на берег рыба? Тут полно еды, довольно много книг, приличное количество фильмов. Но к чему мне это всё, если здесь нет сети? Я не могу без сети и не могу без компьютера. К тому же, в этом доме нет ни капли спиртного!
— Ты что — алкоголик?
— Послушайте, я же не прошу ящик виски, но почему было не оставить мне хотя бы немного пива?
— Какие проблемы. Сейчас побеседуем и поедем в Арго-Сити. Там и пиво, и компьютеры. Сеть, правда, пока не работает, но это поправимо. За что тебя сюда поместили? Или для чего?
— А будто вы не знаете.
— Я — не знаю.
— Ну, залез я куда не надо.
— А подробнее?
— Но вам же и так всё известно! Чего толочь одно и то же?
— Видимо, тебе всё-таки хочется пожить здесь ещё недельку-другую…
— Хорошо. Расскажу ещё раз. Только начнем с того, что никакой я не хакер. И всё это сделал не ради денег или какой-то выгоды, а только ради любопытства и спортивного интереса!
Доступ же к информации я получил из-за её плохой защиты. Конечно, для того, чтобы сломать даже плохую защиту, требуется ряд навыков, но до настоящего хакера мне далеко.
— Неплохое начало. Дальше.
— Как вы знаете, в целях безопасности граждан, на Острове создана система видеокамер, установленных практически везде, кроме, естественно, частных квартир.
Каждый офицер полиции может всегда войти в сеть со служебного слайдера или с любого другого компьютера и проконтролировать любой фрагмент территории Острова с наиболее удобной камеры. Для этого ему надо знать пароль доступа к системе, а также иметь при себе персональный брелок со своим электронным ключом-сертификатом.
Обслуживает эту систему один из вспомогательных серверов. И для того, чтобы получить доступ ко всем камерам, достаточно один раз перехватить пароль и подделать служебный сертификат (не брелок подделать, естественно, а только научиться имитировать в сети идентичный сигнал).
Перехватить же пароль и украсть сертификат офицера полиции можно с другого, менее защищенного сервера. Например, с того, который занимается учетом замены батарей на автозаправках. Офицеры вводят там свои пароли и авторизуются через сертификаты, так как для полицейских машин заправка бесплатная.
Просканировав заправочный сервер, я обнаружил в нем уязвимость и уже через пару часов стал обладателем сертификата офицера полиции.
Но смотреть на мир из полицейских камер — довольно скучно. Преступности на Острове нет, а девушек в бикини на пляжах можно рассматривать и безо всяких камер.
— С этим трудно поспорить.
— Ну да. Поэтому, гораздо более интересным был бы уже не полицейский, а сенаторский сертификат. Он, помимо доступа к полицейским камерам, позволяет видеть почти всё, что происходит в Белой Резиденции, в Научном центре, да и во всей «первой зоне».
Сенаторам нет нужды менять батареи на заправках, у них в Резиденции — своя бесплатная заправка и свои батареи. Я не стал лезть на рожон, а просто выжидал.
В конце концов, один из сенаторов, проведя ночь на пляже с какой-то красоткой в салоне своего джипа, умудрился так посадить батарею, что был вынужден заменить её там же, рядом с пляжем, то есть на «моей» заправке. При этом он не стал платить, а решил, видимо, сэкономить и использовать сенаторский сертификат. Так я стал обладателем доступа ко всем камерам «первой зоны».
— Постой, про сертификат я понял. Но как ты узнал про пляж, джип и красотку?
— Да ну вас. Что, и пофантазировать нельзя? Откуда я знаю, зачем ему приспичило заправлять свою машину по служебному сертификату.
— Понятно всё. Продолжай.
— Как вы понимаете, я решил не останавливаться на достигнутом. Мне оставалось завладеть только самым главным сертификатом на Острове: тем, который принадлежит Платону Евгеньевичу.
— Погоди. Ты хочешь сказать, что, получив доступ к обзору Научного центра и всей «первой зоны», ты даже не удосужился понаблюдать за всем, что там делается?
— А чего там такого интересного? Что я, не видел как ученые в своих лабораториях копошатся? Или как сенаторы обсуждают бюджет празднования Дня Независимости на будущий год?
— Тогда зачем???
— Ха! А разве рыболовы всегда едят пойманную ими рыбу? Мне был важен сам факт получения доступа. Чувство собственного могущества. Неужели непонятно?
— Вот это мне как раз понятно. Давай дальше.
— Ждать, когда Платон Евгеньевич станет менять батарею на заправке, смысла не имело. Поэтому я разработал простой и эффективный план.
Сначала я просмотрел архив со всеми телевизионными выступлениями сенаторов. На моё счастье, тот сенатор, чей сертификат мне удалось украсть (не буду называть его имени), один раз выступал по телевизору. С помощью записи его выступления и специальной программы я создал простейший алгоритм, который преобразовывал мой голос в голос сенатора.
Затем, дождавшись ночи, я активировал его сертификат в системе, ввел пароль и позвонил через собственный телефонный анонимайзер дежурному администратору внутренней сети «первой зоны». Назвавшись, разумеется, сенаторским именем.
Я сказал, что в интересах государственной безопасности мне немедленно нужен root, то есть полный доступ ко всем базам данных «первой зоны». Всего-навсего на пять минут.
Дежурный слегка растерялся, но слыша знакомый голос и видя на мониторе активированный личный сертификат сенатора, предоставил root, предупредив, что если я задержусь в системе больше чем на пять минут, он будет вынужден будить начальника службы безопасности «первой зоны», чтобы данный факт зафиксировали.
Но мне не нужно было много времени.
Пользуясь всеми правами доступа, я просто скопировал информацию о сертификате и паролях Платона Евгеньевича из закрытой области сервера.
Несмотря на то, что дежурный не стал никому ничего сообщать, еженедельный анализ всех логов сервера «первой зоны», проводимый службой безопасности, выявил факт моего незаконного обращения, и меня задержали. Вот и вся история.
— И ты что же, хочешь сказать, что даже не пытался активировать сертификат Вознесенского после того, как похитил его?
— Почему не пытался. Активировал почти сразу же после получения. Мне очень хотелось узнать, что такого интересного творится в Нексусе. Это же самая секретная часть «первой зоны», насколько я знаю.
— Ну и как, увидел что хотел?
— Так я вон и сенатору уже говорил, — Кирилл снова кивнул на Лурье, — что ничего я не увидел.
— Как, то есть, ничего?
— Внутри Нексуса нет камер. Они установлены только на входе, а также в помещении, которое я бы назвал «входным шлюзом». Но там особо не на что смотреть.
— Но возможно, что в Нексусе своя автономная система безопасности. Ведь работающим там ученым может понадобиться экстренная помощь в случае какого-либо ЧП. Как ты думаешь? —  Сергей уже принял решение освободить Кирилла. Похоже, что парень говорит правду. Но даже если и врёт, то никакого смысла держать его здесь не было.
— Я не знаю. Но в Нексусе нет никаких ученых.
— Не понял. Как — нет ученых?
— Я уже сказал, что камеры стоят только на входе и в шлюзе. Но никаких ученых там нет. И вообще, там не ведется никаких исследований.
— Откуда ты можешь это знать?
— Кирилл! На твоем месте я бы… — внезапно вмешался сенатор.
— А вы, господин Лурье, помолчите немного, пожалуйста! Я вас уже достаточно послушал. Продолжай, Кирилл.
— Так, а чего продолжать… Там, в Нексусе, вообще нет никого. Туда приходит по вечерам Платон Евгеньевич, а уходит или сразу же, или ночью, или утром. При этом он там не живет. Потому что живет он в своей квартире, в Белой Резиденции…
— Кирилл! Ты понимаешь, что такими разговорами… — Лурье встал с кресла, на котором сидел.
— Быстро сядьте и заткнитесь, сенатор! Или я сам вас заткну! Дальше, Кирилл.
— Но я уже всё рассказал.
— У тебя есть версии о том, что находится в Нексусе?
— Нет у меня никаких версий. Но то, что это не научная лаборатория — очевидно. Я предполагаю, что, может быть, Платон Евгеньевич там работает, ну в смысле книги пишет или творчеством занимается. Что-то такое, в общем.
— С чего ты так решил?
— Так, а что ещё-то? Он приходит, переодевается в шлюзе в одежду такую, типа кимоно и проходит внутрь. Да и обстановка там какая-то странная: непонятно откуда свет идет, кругом мягкое покрытие, в шлюзе холодильник стоит, телевизор, диван, часы висят. Зачем? Чтобы чего-то ждать? В общем, нет у меня версий никаких.
— Погоди, а зачем для творчества такое большое строение? Тем более для одного человека. Может там наверху лаборатории есть какие-нибудь?
— Не знаю. Может быть. Только вряд ли. Для сравнения включите обзор Научного центра — и сразу увидите разницу. В Научном центре занимаются наукой. А в Нексусе — что-то другое.
— Ну, что ж. Хорошо, Кирилл. Сейчас мы поедем отсюда. Но сначала…
Сергей встал и внимательно посмотрел на Лурье. Тот угрюмо молчал.
— Игорь Германович, я вот смотрю сейчас на вас, и думаю. То ли мне вас застрелить, то ли утопить. Так вы надоели мне со своими интригами!
Вы хотите, чтобы на Острове возобновилась подача энергии. Также как и я. Вы везете меня сюда, к Кириллу, так как это — возможный выход из ситуации. И я вам благодарен, конечно. Но какого дьявола вы морочите мне голову с Нексусом?
Вы понимаете, что нет больше Вознесенского? И никого здесь нет, кроме нас!
Какой смысл играть в тайны? Сколько можно? Сейчас я уже действительно не знаю, чего от вас ожидать и что с вами делать.
— А вы закройте его здесь, — подал голос Кирилл, — также, как он закрыл меня — одного, без интернета и телевизора. И без пива.
— А что, отличная идея! На сколько здесь хватит ещё продуктов? Я думаю…
— Вы не сделаете этого! Это бесчеловечно! К тому же, Кирилл, не я тебя сюда…
— Бесчеловечно (но справедливо) было бы сейчас набить вам лицо, сенатор, а потом, накачав вас аэроном, сидеть и слушать все ваши тайны, включая такие, как школьная любовь к учительнице физкультуры или невинное увлечение своим парикмахером!
— Ну что ж, тогда и я вам скажу, Сергей! — Лурье снова вскочил.
— Вы говорите, что приехали сюда за некой женщиной, но сами ни разу не спросили о ней у меня! Это при том, что я живу здесь с самого основания и могу лично знать её: на Острове не такое уж большое население.
Вы говорите, что работаете на американских адвокатов, но без особых колебаний убиваете пятерых человек.
У вас, как вы говорите, при себе аэрон-морфин. А ведь это сильнейший психотропный препарат, который используют китайские и российские спецслужбы.
Вы задаете слишком много вопросов, которые вас, по идее, вообще не должны интересовать.
А ещё я первый раз вижу американца, который не знает кто такой Рэмбо!
Кто прислал вас, Сергей? «Моссад»? «Братья света»? ФСБ? Можете делать со мной что хотите, но предупреждаю: у меня уже был инфаркт, не выдержит сердце — моя смерть будет на вашей совести!
А ты, Кирилл, прежде чем помогать этому человеку, подумай о том, что будет, если кто-то разрушит наш Остров! А ведь именно этого добиваются «умники» со всего мира — пробраться сюда, отнять все наши богатства и уничтожить нас! Подумай над тем, что…
— В общем так, сенатор. Я вынужден прервать ваши излияния. Закройте рот и сядьте, или я действительно, сам вам его закрою.
Кирилл, сейчас наша цель — включить энергоснабжение на Острове и попытаться выяснить, что случилось с его жителями. А моя задача — разыскать здесь одну женщину. Как только я её найду, либо получу нужные мне сведения, я немедленно покину Остров. Местные тайны меня не интересуют: я — наемник и работаю за деньги. В любом случае, тебе сейчас гораздо выгоднее действовать вместе со мной, чем принимать позу страуса, как это делает сенатор. Ты согласен?
— В общем да. Но учтите, Сергей, что хотя мне кое-кто и не нравится, — Кирилл кивнул в сторону Лурье, — я никогда не сделаю ничего, что могло бы как-то навредить Острову и его жителям.
— Очень скоро ты убедишься, что «навредить Острову и его жителям» больше, чем им уже навредили — почти невозможно.
— Что-то я вас не пойму…
— До тебя что, не доходит? Я, ты и сенатор. Всё! На Острове больше никого нет! Остров пуст!
— Да, но тогда…
Кирилл больше не улыбался и выглядел растерянным.
Сергей посмотрел на часы.
— Собирайся. Поедем в Арго-Сити. Сенатор остается здесь. На сколько тут хватит продуктов?
— Недели на три. Может, на три с половиной. Я же не знаю, какой у него аппетит…
— Господа, неужели вы всерьез хотите это сделать? А вдруг с вами что-то случится? Я умру здесь с голоду!
— Не умрёте. Я же не умер, — Кирилл, похоже, принял решение. — Таймер отключения электронного замка на двери можно настроить на любое время — у нас в «Либертиз» точно такие же замки.
— Но как я доберусь отсюда до берега?
— В катере я видел аварийный комплект с резиновой лодкой и спасательными жилетами, — припомнил Сергей, — Мы оставим его здесь, на Колибри. Остров — в прямой видимости. Если что, доплывете. Но думаю, что до этого не дойдет, я вернусь и лично выпущу вас отсюда, как только выполню свою работу. А таймер замка мы заведем ровно на трое суток.
— Действительно, продуктов тут как минимум на месяц, — не выпуская из поля зрения сидящего в кресле Лурье, Сергей заглянул в гигантский шкаф-холодильник, встроенный в одну из стен кухни, — а уж на три-то дня хватит точно.
— Не ожидал… Не ожидал я такой гнусности. Я самолично привел вас сюда, а теперь вы оставляете меня чуть ли не на верную смерть! А что, если нарушится система электропитания этого дома, и замок на дверях заблокируется? Если сюда явится кто-нибудь? Такой же, как эти… Костариканцы… Меня же убьют здесь!
— Игорь Германович, во-первых, мы все подвергаемся риску, неважно, здесь или в Арго-Сити. Во-вторых, у меня нет выхода: я должен быть уверен, что вы не станете мне мешать. И в-третьих, вы сами целую неделю не вспоминали о находящемся тут Кирилле!
— Но я же не знал… Господи! Подождите… Отключите идентификацию по отпечатку пальца внизу на входной двери! Вообще, отключите входную дверь! Я должен иметь хоть какую-то гарантию…
— Хорошо. Спрашиваю последний раз. Что внутри Нексуса?
— Это вас не касается!
— В таком случае, отойдите от дверей, сенатор! Мне будет не хватать вас эти три дня.
Кирилл, закрывай.