ПОБЕГ В НЕВОЗМОЖНОЕ

— 14 —

Самым удивительным оказалось то, что Санкт-Петербург почти не изменился за все эти годы.
«Державная эпоха», вместе с новой властью подарившая стране новое сырьё и новые богатства, так и не превратила город в гигантский супермаркет или технотронный мегаполис. Питер остался всё тем же городом великой культуры и истории, городом, где рождаются мечты и не угасает вера.
Ещё в отеле, глядя на утренний Петербург из окон своего номера, Игорь поразился количеству православных храмов, чьи купола — посеребренные, золоченые, лазурные — величаво поднимались над центральной частью Северной столицы…
Здесь совершенно не ощущалось время, а многочисленные перемены, коснувшиеся этих вечных улиц, выглядели всего лишь как нелепая одноразовая косметика стремительного века: совсем свежие и ещё не утратившие первозданного блеска миниатюрные бронзовые памятники Героям Десятилетия; обилие пугающе-одинаковых магазинчиков с китайскими иероглифами на вывесках; странные, без окон, стальные кабинки неизвестного предназначения возле каждого перекрестка…
Консульский отдел республики Венесуэла, открытый всего два года назад, располагался на улице Лебедева в трехэтажном кирпичном здании постройки прошлого века и был обнесен высокой чугунной оградой.
Узкая, в один ряд, парковка — по обеим сторонам от фигурных ворот — вмещала не более десятка автомобилей, принадлежащих сотрудникам консульства.
Одиннадцать утра.
Никакой уверенности в том, что Перес хранит посылку в своем кабинете, у Игоря не было. К тому же, вполне вероятно, что помощник пресс-атташе вообще не появлялся на службе после прилёта, заночевав у кого-нибудь из питерских друзей, которых, судя по его рассказам, имел немало.
Тем не менее, ждать решили именно здесь, возле консульского отдела.
— Всё равно он должен здесь показаться, — размышлял вслух Игорь, разглядывая старинный фасад здания. — Если не вчера, то сегодня утром. Какой-никакой, а чиновник…
Они припарковались в ста метрах от ворот, на противоположной стороне улицы, и, оставаясь незамеченными за тонированными стеклами салона «фольксвагена», могли видеть каждого, кто входил или выходил с территории консульства.
— Да кому он нужен, этот Перес, кроме нас? Тоже мне, дипломат… — скривилась Лера. — Он ведь и сам не раз говорил, что отдел в Питере открыли исключительно для показухи. Страна-участник «антибританского пакта», братский народ и прочее…
— Интересуешься политикой?
Скучая, Игорь протянул руку к передней панели и открыл бардачок.
— Гляди-ка, что тут есть. «Атлас автомобильных дорог Ленинградской области». Брошюра «Бегство от времени». Шприцы одноразовые, две штуки… А кстати, может, всё-таки расскажешь? — он неожиданно поднял голову и, повернувшись, посмотрел в упор на Леру.
— О чем?
— О том. Что внутри Колбы? Мне кажется, ты знаешь. Скажи.
— Не имею представления, — она сжала губы. — Я не ученый и не экстрасенс. Пятьдесят миллионов на двоих — тебе обязательно ещё что-то знать?
-«Шандорский ключ», — задумчиво проговорил Игорь, глядя ей в глаза. — Так назвал эту штуку Лёня, там, в подвале. А ты называешь «Колба». Конечно, по большому счёту, мне плевать. Но я привык. Привык знать все детали…
— Вон он! Смотри, выходит!
Схватив Игоря за рукав, девушка непроизвольно пригнулась, словно боясь быть замеченной снаружи. В дверях консульства показался Перес.
Помощник пресс-атташе сказал несколько слов тому, кто провожал его до дверей и кого не могли видеть Игорь и Лера, после чего, покинув здание, неторопливо зашагал к воротам. В руках у него был кейс.
— Так… — не отрывая взгляда от Переса, который, миновав лужайку перед консульством, вышел на улицу, Игорь взялся за ручку дверцы. — Не вижу смысла затягивать церемонию.
— Стой! Глянь-ка вон туда.
Впереди, метрах в тридцати от них, притормозил небольшой спортивный джип, из которого выбрались двое мужчин. Коротко стриженные, средних лет, оба в недорогой одежде из «Суперфайва», они походили на местных гангстеров. Улыбнувшись и помахав им рукой, Перес уверенно направился к темно-синей «тойоте» на консульской парковке.
Двое из джипа приблизились и вслед за ним влезли внутрь «тойоты». Хлопнули дверцы, машина тронулась с места. Пропустив её вперед, джип развернулся и двинулся следом.
— Ага, значит, наш «дипломат» всё-таки решил подстраховаться, — усмехнулся Игорь, заводя двигатель. — Интересно, что за люди — обычная шпана или профи?
— По-моему, какие-то маргиналы, — хмыкнула Лера. — Хотя вполне могут оказаться кем угодно.
Судя по направлению движения, «тойота» вместе с джипом продвигались к самому центру города, туда, где была назначена встреча. В любом случае, отстать Игорь не боялся: поток автомобилей был крайне плотным, а «лежачие полицейские» преграждали путь через каждые двести метров.
— Теперь я понимаю, почему он вышел за целый час до сделки. Как вообще можно передвигаться по таким дорогам?
— А ты что хотел? Здесь тебе не Филадельфия. Роспуск Госавтоинспекции надо же чем-то компенсировать.
Наконец, свернув на Садовую, автомобиль Переса остановился. Джип, который следовал за ним, проехал немного вперед и тоже прижался к обочине.
— Похоже, прибыли, — пробормотал Игорь. Обогнав обе машины, им удалось припарковаться на этой же стороне улицы, буквально в нескольких метрах от внедорожника.
— Выходят. Перес и эти двое, — Валерия включила монитор заднего обзора. — Отсюда до Невского — пять минут пешком.
— Очень хорошо. Значит, я не ошибся.
— Они удаляются. Пойдешь за ними?
— Зачем? Мне и здесь хорошо. Доставай телефон.
— Без трех двенадцать, — она посмотрела на часы. — Отлично, я даже успеваю покурить.
Некоторое время они сидели молча. Дождавшись, когда светящийся циферблат на передней панели показал десять минут пополудни, Лера вынула из кармана одноразовую карту-мобильник.
— Пора.
Сидящий рядом Игорь отчетливо услышал длинные гудки, а затем — громкий и взволнованный голос Переса.
— Алло! Алло! Кто это? Валери?
— Да, привет, это я, — заговорила Лера. — Ты где?
— Как это где? Я на площади! Да! Здесь, перед Казанским, — помощник пресс-атташе явно нервничал и даже слегка заикался. — А вы что, неужели опаздываете?
— Послушай, Перес, мы тут попали в ситуацию… Ничего особенного, и тем не менее… В общем, давай перенесем нашу встречу на завтра, на это же время… Да, я понимаю, — она чуть понизила голос, — мы доплатим ещё пять тысяч. И, пожалуйста, не сердись…
— Что?! Как — перенесем?! — доносилось из трубки. — Вы в своем уме? Я не стану таскать эту дрянь с собой до завтра! У меня здесь работа, а не склад боеприпасов…
— Да пойми ты! Всё в порядке, деньги — в отеле, в камере хранения. Просто два часа назад нас с Джорджем задержали… Да подожди, не перебивай! Департамент контроля за нелегалами. Мы вышли утром в кафе, без документов, а там — проверка… Сейчас дождемся подтверждения из ЦСР, и нас отпустят. Что? Нет, я не знаю, сколько ещё это продлится. Возможно, час или два. Может, больше…
Улыбнувшись Игорю, она включила «громкую связь».
— Вы! Вы должны мне деньги! — не унимался Перес. — Я выброшу ваш чемодан в реку! Я выброшу его, если через полчаса…
— Просто отвези кейс назад — на работу или домой. Спрячь его и займись своими делами. — Лера говорила спокойно и уверенно, словно общалась с капризным ребенком. — А завтра, в полдень, мы будем у Казанского и рассчитаемся с тобой. Всё, больше разговаривать не могу, нас уже вызывают в кабинет…
— Послушай, Валери!!!
— Завтра, в двенадцать. Пока.
Она отключила телефон и шумно выдохнула.
— Фууух… Ну, как? Думаешь, клюнет?
— А куда ему деваться? — усмехнулся Игорь, заводя двигатель. — Не выкинет же он чемодан, в самом деле… Важно другое: куда он сейчас поедет, и с кем?
— Возможно, Перес позвонит в консульство и узнает, был ли запрос по нашу душу. Не забывай, ведь мы тоже — «лица, проживающие в Венесуэле»…
— Пускай звонит. Всем известно, как в России решаются дела. И в валюте какой страны.
— М-да…
Лера замолчала, и снова потянулись минуты ожидания. От нечего делать Игорь включил радио. «Массовые беспорядки в Сиднее… Куба отказывается от репараций… До конца года ограниченный контингент НАТО покинет Южную Родезию…»
Наконец, в мониторе заднего обзора замаячили знакомые фигуры.
— Возвращаются.
— Так… Сейчас главное — не упустить.
На пыльном матовом экране монитора было хорошо видно, как, остановившись возле консульской «тойоты», Перес о чем-то говорит со своими спутниками, оживленно жестикулируя и даже умудряясь размахивать кейсом.
Разговор закончился довольно быстро. Попрощавшись с «группой поддержки», Перес забросил чемодан в салон своего автомобиля, после чего влез туда сам. «Тойота» вырулила с обочины и, постепенно набирая ход, влилась в плотный поток транспорта.
Пропустив её вперед, Игорь неспешно тронулся следом. Приятели Переса вернулись к своему джипу, но вместо того, чтобы забраться внутрь, принялись осматривать задние крылья внедорожника, очевидно, обсуждая недавнюю аварию.
— Ну, вот и славно, — удовлетворенно заметил Игорь. — Теперь он один. Глянь по навигатору, куда он едет?
— Пока неясно, — откликнулась Лера. — Думаю, скоро развернется. Впереди — поворот на Литейный, а там посмотрим…
Впрочем, судя по всему, Перес не спешил возвращаться к себе на службу. Проехав несколько кварталов по направлению к Суворовскому проспекту, он замедлил ход и вскоре затормозил возле старинного двухэтажного дома.
«Трактиръ „Кармановъ“. Обеды и чаепития» — кованная, под старину, вывеска блестела над входом. Прямо перед дубовой дверью, ведущей, очевидно, вниз на цокольной этаж, располагалась миниатюрная парковка для автомобилей желающих пообедать.
— Проголодался? Самое время… — Игорь резко сбросил скорость, останавливаясь на обочине. — Лера, сейчас я выйду, прыгай за руль и будь наготове.
— Послушай, здесь много прохожих…
— Ничего, потерпят.
Хлопнула дверца. В руке зажат баллон «Леди-Райдер». («Турбо-аэрозоль психотропного действия — эффективная защита от хулиганов»). Режим — «максимальный импульс». Вперёд!
Не сводя глаз с Переса, который, с кейсом в руке, не спеша выбирался из своей машины, Игорь бесшумно подошел к нему со спины.
— Добрый день.
— Что? — Перес едва успел повернуться, в его глазах промелькнуло удивление. — Джорджи…
Резко вскинув руку, Игорь направил баллон на Переса и нажал на спуск. Раздался легкий хлопок. Молодой человек выронил чемодан и, схватившись за лицо, рухнул на колени.
— Помогите, — прошептал он, пытаясь встать, но вместо этого покачнулся и упал на бок. — Ради бога…
Проходившая мимо них женщина охнула и прибавила шаг.
— Не надо вставать, — Игорь наклонился и поднял кейс. — Будет только хуже.
Убрав баллон в карман, он вынул из-за пояса пневматический пистолет с бутафорским «глушителем» и положил чемодан на багажник «тойоты».
Из дверей трактира неторопливо вышел высокий здоровяк в форме охранника, с дубинкой на поясе. Увидев происходящее, он остановился и замер.
— Стой спокойно, — Игорь помахал ему пистолетом, одной рукой открывая кейс. — Я сейчас уеду.
Колба была на месте. При свете дня ни цвет её, ни облик ничуть не изменились — молчаливый артефакт был совершенно равнодушен к кипящим вокруг него страстям.
— Извини, Перес. У нас просто кончились деньги, — Игорь закрыл чемоданчик и опустил пистолет. — Я обязательно рассчитаюсь с тобой, когда вернусь.
Он сделал несколько шагов назад и, не выпуская из вида стоящего на крыльце охранника, влез на заднее сиденье «фольксвагена».
— Если, конечно, вернусь, — добавил он, глядя, как сеньор Монтеро с трудом поднимается и садится, опираясь о мокрый тротуар дрожащими руками. — Поехали, Лера.